Неспешный ужин в ресторане с большой историей «Драконьи пельмени», в самом начале чудной пешеходной улицы Чхусинлу – «Улицы восхищения весной». Улицы в Китае редко носят имена людей. Чаще всего их названия означают абстрактные понятия и вечные темы. На стенах ресторана – портреты известных китайцев, в их числе и Дэн Сяопин. Ничего удивительного – он родом из этих мест.
Комплекс из 10(!) сычуаньских блюд обошёлся нам в 18 Y ($2,19). Можно было выбрать комплекс за 28 Y, но мы были счастливы, что заказали только 10 блюд, – хватило сполна.
У меня сначала онемели губы, как от укола ультракаина в десну у стоматолога, потом чувствительность пропала во всей носоглотке. Я упрямо пытался войти в тему и потом всё-таки понял, в чём соль, – первый вкусовой шок минут через десять проходит, и я начал различать оттенки остроты, нюансы разных специй. Правда, на верхнюю губу начали непроизвольно стекать сопли, как у малыша на морозе, но чувство насыщения началось… Под конец я втянулся и установил некий оптимальный ритм – по паре разных кусочков раз в минуту. Так и съел почти всё! После знакомства с «китайским химическим оружием» лучше всего идёт чэндуское рисовое пиво в бутылках по 586 мл. Это лучшее средство для тушения пожара в глотке. Над названием этого пива голову долго не ломали – просто назвали его «586». По правде говоря, никаким алкоголем, включая пиво, мы уже не должны были радовать себя – в «безалкоголье» лучше проходит подготовка к высокогорью, где мы окажемся уже послезавтра. Но чэндускую кухню нельзя не запивать холодненьким пивком. Да и повод немалый – Чэнду последний город на нашем пути в Тибет, где такие результаты цивилизации, как хорошее пиво и уютная обстановка, имеют место быть…
Вечерело, и в городе появились одетые в костюмы чэндуские мужики, раздающие визитки с телефонами девушек с неизменной фразой «she is beautiful…». Любопытно отношение правительства Китая к этому явлению. С одной стороны, проституция настолько распространена, что время от времени слышны голоса о её легализации. С другой стороны, даже признавая то, что от этого явления никуда не деться, государство приняло обратное решение – жестоко наказывать и карать всех участников этого бизнеса. Для них легализовать проституцию – первый шаг к тому, что начнут раздаваться голоса об оправдании убийств и появятся другие проблемы в морали. Поэтому под маской, например, массажных салонов и парикмахерских в некоторых городах Китая (и даже в тибетском городе Дартседо) открыто работают бордели, маня своими красно-фиолетовыми окнами слабых представителей сильного пола, не имеющих возможности удовлетворить свою потребность бесплатно.
У меня возникла мысль, что подобное немыслимое распространение секс-услуг в Китае связано с негласным решением демографической проблемы – сексуально удовлетворённый мужчина может и не создавать семью и, соответственно, внесёт свой вклад в её решение. Возможно и то, что это связано с отголосками отношения к женщинам в древности. Раньше, когда в семье рождалась девочка, об этом никому из родственников не сообщалось. В противном случае судьба её была незавидной – её могли просто убить, сбросив в пропасть или оставив на съедение зверям, чтобы не позорила род. Если малышке везло и она подрастала до некоторого возраста незамеченной, с детства ей была уготована незавидная участь – она носила специальные маленькие туфли, чтобы ступня не становилась «безобразно большой». Смысл всей её жизни был только в угождении мужчине. И массажные салоны продолжают эту древнюю традицию.
Вообще, в том, что касается общения с китаянками, тут есть два противоположных полюса. От проституток отбоя нет. С нормальной же девушкой интимные отношения практически невозможны, даже если вы долго живёте в Китае. Здесь строгие нравы. В клубе познакомиться с хорошей девушкой шансов меньше, чем выучить китайский язык за ночь. Но, наверное, и тут бывают вундеркинды.
Пока мы искали такси, один очень представительный китаец стал заметно счастливей, получив от меня разрешение сфотографироваться с ним. Так он приобщился к миру западной рекламы, блондинок и «Marlboro». Иностранцы в Китае крайне редки, поэтому даже в кафе и ресторанах персонал нас пугался. Это иногда приводило к тому, что официантка становилась рядом со столом и доливала чай в кружку после каждого глотка под бдительным оком прячущегося за котлами директора. Многие китайцы реагируют на нас так, словно каждый из нас снежный человек. Они либо застывают, открыв рот и выпучив глаза, либо кричат дурным голосом «хэллоу!» и дико хохочут над собственным остроумием. Когда слышишь окрик «хэллоу» 3000 раз в день с одной и той же интонацией, это может здорово надоесть (тогда я понял, почему Кирилл называет их «хэллоуинами»). Но обычная реакция среднего китайца на иностранца – это смущение и «вставание на ручник». У официальных лиц это выражается в дополнительной официальности. Некоторый плюс есть в том, что из-за этого же смущения иностранцев боятся трогать.
В отель нас отвёз рикша. Ему было тяжело везти двух великанов. Он так ни разу и не присел на сиденье своего драндулета, зато заработал 10 Y минут за пятнадцать и хорошо потренировался. Мне было его жалко, и я чувствовал себя жирным капиталистом с сигарой в зубах, угнетающим рабочий класс.
И всё-таки я был поражён – это не тот Китай, который мне грезился. Мы все живём стереотипами и смеёмся над анекдотами про «китайского космонавта и десять тысяч его кочегаров» – но сейчас время китайцев смеяться над нами! Китай давно обогнал нас в техническом развитии, а если мы ещё в чём-то и превосходим китайцев, то только потому, что китайские товарищи верно рассудили, решив не заморачиваться в этой области, – ведь всё это проще и дешевле купить за шапку сухарей у вечно голодных русских! Проявляющиеся в материальном мире следствия их «Генеральной Линии Партии» наповал убивают своей точностью исполнения и безусловной последовательностью, неумолимым намерением двигаться вперёд, чтобы побить западных врагов их же оружием на их же поле. Китай спрятал свою «восточность» про запас, как последний патрон – на крайний случай, и бьётся теперь в западных доспехах. И бьётся успешно. И я теперь гружу своих друзей апокалипсическими прогнозами о новых глобальных тенденциях и следующей сверхдержаве… На мой взгляд, жизнь в Китае сейчас ощутимо лучше, чем в Беларуси. Хотя средняя зарплата даже «валяющих дурака» на госпредприятиях такая же, как у нас, – долларов сто в месяц. Экономика бурно развивается, в основном за счёт западных инвестиций. Даже в США сейчас трудно купить бытовой товар, который не «сделан в Китае», причём все они очень хорошего качества, потому что технология и управление по-прежнему американские. Это к нам везут всякую низкосортную дрянь, но тут вопрос к нашим коммерсантам, а не к китайским производителям.
День накануне отъезда в Тибет мы посвятили окончательной подготовке снаряжения, купили продукты и билеты в Жилинг, начали принимать витамины – аскорбинку по 1,5 г в сутки и поливитамины.
Вот он, заветный билет в загадочную страну, у меня в руках. Кажется, так просто – 47 Y ($5), и автобус завезёт нас в первый тибетский посёлок на нашем пути. Но это уже совсем другая история…
Добавить комментарий