Расстояние до Жилинга автобусом «Чэнду – Сяо-Цзинь» – 245 км. Предположительное время в пути – 6 часов. Автобус без рессор, забит до отказа. Наши рюкзаки на крыше. Расстояние между сиденьями рассчитано на среднего китайца – колени упираются в спинку сиденья.
За запотевшим окном автобуса туман, видимость 50 метров. Сотни велосипедистов, мотоциклистов и грузовых велосипедов выныривают из густого, как молоко, воздуха. Не успели выехать из Чэнду, как автобус остановился, водитель открыл кожух двигателя, что-то там стукнул, дёрнул, щёлкнул, сплюнул и захлопнул кожух. Наверняка автобус стал ехать намного лучше (я, правда, разницы не заметил) и ещё несколько раз останавливался на выезде из города – водитель принимал через своё окно передачи для кого-то, окровавленные пакеты с мясом. Эти два загадочных ритуала – ремонт двигателя и приём передач – я наблюдал потом во всех тибетских автобусах. И ещё я не могу понять, почему во всех тибетских автобусах и машинах слушают одну и ту же кассету?
Автобус поднимается из Сычуаньской впадины на Тибетское нагорье. Мы часто обгоняем грузовики, гружённые стройматериалами и металлом. Тибетские грузовики выглядят очень живописно – над кабиной укреплены раскрашенные лики злых и добрых духов, свастики и белые птицы – символ скорости. Навстречу нам спускается на дымящихся покрышках первый грузовик из Тибета, гружённый до предела выбеленными костями яков – длинношёрстных тибетских быков. Зачем вывозят с гор ячьи кости, я не понял…
Я остро ощущаю, что мы преодолеваем невидимую границу, закрывшую от всех самую высокогорную страну мира, которая, несмотря на административно-политическую причастность к КНР, до сих пор живёт обособленно, пользуясь защитой гор, климата и буддизма.
Через несколько часов пути автобус остановился на обед.
Опять открываю для себя, что представления о хороших манерах и гигиене у китайцев (а их было большинство среди наших попутчиков) довольно своеобразные. Например, помыть руки перед едой – это святое. Поэтому, когда автобус останавливается у придорожного кафе, все 50 пассажиров моют руки в одном тазу.
Водитель гонит машину вверх по серпантину на сумасшедшей скорости 30 км/ч, бешено сигналя перед закрытыми поворотами. В китайских автобусах объезд ухаба требует полного поворота руля, и косматый тибетский водитель вертит баранку, как лассо. Через два часа мы всё ещё видим внизу ту же деревню.
На перевале Баланшань (巴郎山, 4487 м) пассажир автобуса – китаец, направляющийся с друзьями в Жилинг, чтобы посмотреть на настоящий снег, – от разрежённого воздуха потерял сознание и упал в проходе. С перевала открылся вид на цель нашего приезда в Жилинг – пики Горы Четырёх Девушек.
Добавить комментарий