Сказка № 32: На благо всех

Мужик вышел из пещеры (в сказке «Тебя не существует») и подумал: раз меня нет, то некому и возвращаться. Эта мысль его очень устроила. Обратный билет, который он на всякий случай носил в кармане, он тихонько выбросил. Кто именно выбросил, тоже неизвестно.

И пошёл дальше. Куда, не скажу. Может быть, туда, где ещё не был. А может быть, туда, где был. Проверить было некому.

Долго ли он шёл, коротко ли, неизвестно. Но однажды выпал снег, склон встал, и обстоятельства сложились так, что у мужика под ногами оказалась доска. Кто её туда положил, никто не знает. Мужик встал на доску и поехал. Оказалось, ехать проще, чем идти. Ноги устают меньше, а вниз всё равно получается быстрее.

Так он и ездил с горы на гору. Съедет, поднимется, снова съедет. След за ним к вечеру заметало, и мужику это нравилось. Следа нет, значит, и его тоже нет. Всё сходилось.

Но однажды посреди спуска у него появился вопрос. Вопрос догнал его на повороте и поехал рядом, на той же доске.

— Для чего ты это делаешь? Для себя, что ли?

Мужик подумал. Интересно, да. Покататься приятно, да. Но неужели в этом весь смысл: съехать с горы, чтобы потом снова съехать с горы?

Вопрос молчал и ждал. Отвязаться от него было нельзя, потому что он ехал на той же доске.

Мужик съехал вниз и оказался у монастыря. Откуда там взялся монастырь, неизвестно, но он стоял. Во дворе сидел лама и смотрел на облако, которое никуда не торопилось.

— Лама, — сказал мужик и поклонился. — Для чего я катаюсь на сноуборде?

Лама прищурился. Он щурился так, будто разглядывал не мужика, а то место, где мужик должен был быть. Потом сказал:

— Ты делаешь то же самое, что делаю я. Ты катаешься просто так, а можешь делать то же самое, но на благо всех живых существ.

— Просто так? — удивился мужик. — Я думал, я для себя.

— Всё, что мы делаем, — сказал лама, — если делать с добрым намерением и посвящать это другим, приносит пользу не только нам, но и всем живым существам.

Мужик хотел спросить, а если упадёт. Но лама уже снова смотрел на облако, и мужик решил, что ответ ему известен заранее. Он был прав.

На следующий день мужик поехал с горы. Он ехал так же, как вчера. Склон был тот же, снег тот же, и мужика по-прежнему не было. Вниз он ехал один. Но далеко вокруг, со всех сторон, на него смотрели улыбающиеся, радостные лица. У некоторых лица были похожи на лица людей из его города. Сколько их было, лама не сказал, а мужик не считал.

К вечеру след опять замело, и все остались довольны. Как будто и не было ничего.

---

Подтекст сюжета. Мужик услышал, что его нет, и сделал вывод, который предлагает лёгкий ум: раз никого нет, то и возвращаться некому. Это не ошибка, а первое облегчение: исчезла роль, которую надо тащить обратно в город. Но сразу же появляется вопрос «а зачем?», и он законный. В традиции пустота не отменяет причин и следствий, наоборот, они идут рядом: именно то, что ни в чём не твёрдо, способно действовать и приносить плоды. Поэтому мужик не может сказать «меня нет, значит, всё равно». Остаётся вопрос о направлении.

Ответ ламы про намерение и посвящение. Тибетская практика обычно начинается с мотивации («пусть это будет на благо всех») и заканчивается посвящением: «пусть заслуга от этого пойдёт всем существам». Практикой делает действие не форма, а направление: лама сидит во дворе, мужик едет с горы, и действие у них одно, разница только в том, делается оно просто так или на благо других. И если твёрдого «я» нет, то вопрос «для себя или для других?» теряет острые края: когда некому крепко держаться за «для себя», польза без усилий выходит за границы одного человека.

Лица в конце сказки не случайны. Он едет один, но вокруг, куда ни посмотри, радостные лица, и среди них люди из его города, те самые, чьи ответы он знал заранее. «Все живые существа» оказываются не абстракцией, а булочником, соседом и прохожим, которых он считал предсказуемыми. Когда меньше держишься за себя, они перестают быть фоном и становятся теми, кому это посвящено. Они не едут рядом: спуск остаётся спуском одного человека, а радость вокруг него повсюду. Последняя фраза описывает законченное посвящение: след замело, и как будто ничего не было. В традиции говорят о трёх кругах: тот, кто даёт, тот, кому даёт, и сам дар. Ни один не должен остаться твёрдым, и заслугу не оставляют себе.

Есть и честная оговорка: доброе намерение не отменяет последствий. На склоне надо смотреть на снег и на людей, а не только на своё намерение. Оно задаёт направление, а внимательность и забота остаются работой. Попробуйте сегодня перед любым обычным делом, дорогой, готовкой, разговором, сделать один вдох и сказать про себя: «пусть это пойдёт на пользу всем». А вечером коротко посвятить день так же.