Вывернув всё из своего шестидесятилитрового рюкзака на пол, я ещё раз убедился, что лишнего не взял. Кто бы мог подумать, что в Тибете, иногда по трое суток ничем, кроме воды из горных ручьёв и рек, не питаясь, мы будем раздавать тушёнку и сухое мясо кочевникам, чтобы хоть как-то облегчить наши и без того уже полупустые рюкзаки.
Пока я ходил по номеру между содержимым рюкзака, Кирилл предложил свои услуги: поменять деньги на первом этаже отеля, мотивируя срочность хорошим курсом. Мне действительно нужно было поменять все деньги – в Тибете обменный пункт найти сложнее, чем увидеть левитирующего монаха. Ещё полностью не проснувшись, я отдал все свои 400 долларов и продолжал складывать своё имущество. Через пару минут, когда за Кириллом захлопнулась дверь, меня бросило в холодный пот – я остался в 8000 км от дома без денег, с несколькими банками тушёнки в рюкзаке, с вещами, в которых в городе я буду выглядеть чуть лучше космонавта в скафандре, и с обратными билетами через месяц…
В моей голове пронеслись мысли о том, что, может, это бизнес такой новый среди русских, живущих в Китае, – войти в доверие, создать сложную историю, чуть-чуть обыграть её, «помочь поменять деньги», и всё – чистая прибыль, за минусом расходов на такси из аэропорта и оплаты дешёвой гостиницы на сутки. Я, конечно же, порвал бы его e-mail жестоким спамом, но его мобильный, скорее всего, был бы уже выключен… Кирилл вполне мог исчезнуть с моими деньгами, и моё путешествие в Китай приняло бы новую форму, может быть, не менее интересную… Но он вернулся. Анализируя и вспоминая эти мысли позже, я понял, что они были надуманными, я сам себя «накрутил». На самом деле всё в этом человеке вселяло уверенность в нём. Возможно, некоторая юношеская непосредственность вместе с редкой для нашего времени учтивостью, характеризующей доброго и порядочного человека.
Кирилл вернул мне вместо знакомых американских долларов незнакомые китайские юани. Их было много – больше трёх тысяч. (Курс доллара к юаню месяц назад был: $1 = Y8,15.)
Добавить комментарий